Алексей Кудрин: Великий Новгород не хуже японского Киото

Алексей Кудрин: Великий Новгород не хуже японского Киото

В субботу, 15 июля, Великий Новгород посетил бывший министр финансов России и разработчик экономической стратегии страны после 2018 года Алексей Кудрин. В официальных мероприятиях он не участвовал, но провел закрытую встречу с представителями культурной, политической и бизнес элиты области, на которой представил свое видение перспектив страны и вероятные модели развития. Алексей Кудрин дал эксклюзивное интервью «Новгородскому областному телевидению». С экономистом побеседовал Сергеем Бондаренко.

- Алексей Леонидович, если ставить диагнозы, в чём главная проблема российской экономики?

- Ну, вообще-то Россия развивается от преимущественно государственной системы к рыночной экономике, и для меня главная проблема, что не все институты, которые способствуют росту производительности и экономики, устоялись. Целый ряд из них у нас либо слабые, либо отсутствуют. И не все нам удалось за 20 лет создать. Часто, когда у нас были хорошие доходы от нефти, нам казалось, что деньгами, увеличением финансирования, проблемы можно решить. Но оказалось, эффективность еще важнее, чем количество денег.

Сегодня нам нужно сконцентрироваться на росте эффективности. Это означает воспитать или создать систему управления, которая помогает росту эффективности и производительности. Сегодня это, в том числе, относится к технологическому развитию, качеству государственного и корпоративного управления. Вот на этом нужно сфокусироваться. Тогда, я думаю, нам удастся наращивать производительность и рост экономики быстрее, чем это удается сейчас.

Между двух гигантских «пылесосов»

- Сейчас вы видите перед собой конкретную область с конкретными проблемами: мало населения, много неосвоенных территорий, два «пылесоса» - Питер и Москва, которые и население «высасывают», и инвесторов привлекают гораздо больше. Что нам делать?

- В рамках традиционного подхода кажется, что Москва и Питер больше могут, и там интереснее. Очевидно, что совокупность всех факторов инфраструктуры и культуры Москвы и Петербурга притягивает. Но мир настолько быстро меняется, что и конкурентные преимущества могут создаваться быстрее. Целые государства и страны из неразвитых становятся развитыми. Про Сингапур даже не буду говорить, но сейчас среди лидеров и Малайзия. Даже в нашем окружении создаются новые города и страны, которые быстро повышают свою производительность.

Мне кажется, что в рамках сегодняшних мировых тенденций, проанализировав свои возможности, можно привлекать сюда новых компетентных людей, новые знания, новые навыки, новые технологии. Нужно создавать новые предприятия. Главное, чтобы мы чётко понимали, где их рынок сбыта и мировые ниши.

Нужно привлекать и использовать местные ресурсы. Например, одна из идей, которая сегодня прозвучала на семинаре, —  глубокая переработка продовольствия, органических веществ. Сегодня это, кстати, большой дефицит, громадные миллиардные, триллионные рынки. Из нашего, из того, что мы производим и выращиваем, можно создавать новые продукты.  Это вопрос компетенции и технологий. Здесь можно поставить установки и все делать. Но это нужно уметь и знать.

Нужно понимать, как анализировать рынки. Оказывается, всё укладывается в умения. Это то, что мы иногда упрощенно называем «экономикой знаний», но сегодня есть уже более современное понятие – прорывные технологии, прорывные системы управления. Просто этим нужно заниматься.

Вот я последние полгода встречался с несколькими десятками самых успешных предприятий России, которые выросли из малых в средние или крупные, придумав новые технологии или научившись с ними работать. Я их спрашиваю: «А почему другим не удается?». «А они просто об этом не думают. Они живут в традиционных психологии, ориентирах и понятиях… А на пять-десять лет вперед не заглядывают». А сегодня надо заглядывать на пять и десять лет вперед!»

- Вы все-таки, наверное, говорите о каких-то перспективных территориях, а у нас здесь есть районы, где несколько тысяч жителей. По-моему, эти районы ни в одну позитивную модель не укладываются. У них есть хоть какой-то шанс?

- Сегодня наши гаджеты, телефоны, по которым можно получать информацию, работать с банками, заказывать билеты, изучать целые курсы в университетах, говорят о том, что дистанционные технологии стали доступны всем, включая небольшие городки и поселки. На основе дистанции можно обучиться и выполнять заказы, при этом жить в маленьком поселке.

Мир начинает вовлекать этих людей в совместную деятельность, важно, чтобы им помогли это сделать. Современный мир позволяет, находясь в небольшом, далеко расположенном поселке, выполнять любую интеллектуальную работу. В современном мире таких профессий, специальностей, потребностей много. Это все можно сделать.

Мир уходит от рутины к творчеству

- Вам не кажется, что есть определенный конфликт между экономикой и социальной сферой? Вы говорите, и это абсолютно очевидно, что производительность труда надо повышать, но это ведет к высвобождению людей, и государство на такой шаг часто пойти не может.

- В каком-то среднесрочном периоде, 3-5 лет, такой конфликт действительно есть. Потому что тем людям, которых высвободили, нужно переучиваться и они не могут сразу найти работу. Но если вы понимаете, что такой профессии больше нет, вы будете учиться другой профессии, и тогда конфликт разрешен. Или вас переучили, и конфликт тоже разрешен.

Весь мир уходит от рутинных, нетворческих функций. Вот нужно этому обучаться. Современные университеты должны этому способствовать. Кому-то может показаться, что я не знаю проблем районов, школ и университетов. Но я говорю о том, на что надо ориентироваться.

Очевидно, что главный барьер - наша инерция. Инерция мышления. Мы считаем, что у нас нет этих возможностей или их сложно получить, или сложно себя перестроить. Думаем, что вряд ли быстро научимся иностранному языку или современному программированию, чтобы дистанционно помогать соседнему колхозу или предприятию перестраивать свою работу. Но надо быть умелыми в части перестройки себя или переобучения. Чему-то мы всегда можем переучиться, нашему поколению, и моему, в том числе, придется это делать.

Великий Новгород и Киото: мнение Кудрина-туриста

- Как вам Новгородская область? И если можно, хотелось бы услышать ответ без гостевого этикета.

- Во-первых, я люблю здесь бывать. Я бывал здесь с начала 1980-х. Каждый раз что-то посещаю. Сегодня с коллегами спорили, есть ли в России еще такое место, которое может посоревноваться с Новгородом в исторической значимости для России. Скорее всего, нет. Здесь истоки. Каждый раз приятно приезжать и знакомиться с новыми местами, какими-то новыми подробностями истории. Пожалуй, это громадный потенциал – интерес к Новгородской области. Мне кажется, его надо максимально использовать. В том числе, и зарабатывать.

- А как это монетизировать? Через туризм?

- Через туризм в первую очередь. Но туризм сегодня более многоплановый. Событийный, научный, связанный не только с историческими местами, но и с некоторым проведением времени здесь. Нужны дополнительные услуги, сервис. Он не такой уж дорогой. Это абсолютно доступная вещь для любой страны, города, чтобы подготовить своих специалистов к тому, чтобы услуги, предоставляемые здесь, и некая культура общения с туристами изменились и стали лучше. Это абсолютно достижимая вещь.

Вот я только что приехал из Киото, где был с семьей. Хочу сказать, что мы можем претендовать на то, чтобы быть лучше. Там мало надписей на английском языке, японцы погружены в себя, там всего несколько храмов на территории. У нас таких знаковых объектов не меньше, чем там. И мы можем не меньше по значимости, чем Киото. Я имею в виду Новгородскую область.

                                                                                                                                                                                                        Редакция



Северо-Западный федеральный округ КарелияКоми Ненецкий автономный округ Архангельск Вологда Калининград Ленинградская область Мурманск великий новгород Псков Петербург

RSS рассылка

Другие новости

Другие новости

Обьявления